| В Милане с огромным успехом прошёл концерт пианистки Валентины Лисицы
Всемирно известная пианистка, украинского происхождения, виртуозно исполнила 24 прелюдии Сергея Рахманинова, русского композитора и музыканта, на 150-летие композитора. Это был превосходный, необыкновенный спектакль без антракта, закончившийся искренними и очень долгими аплодисментами присутствовавших на нём. Послание залу было громким и ясным: культура не может иметь политического подтекста и быть объектом предубеждений и цензуры. В прошлом году у Валентины Лисицы был отменен запланированный концерт в театре «Ла Фениче» в Венеции. Причина в том, что пианистка «осмелилась» играть посреди руин освобожденного Мариуполя. Ее выступление на Донбассе сочли политическим актом – декларацией близости к России, что в русофобских кругах в Италии (казалось бы, колыбели культуры!), не осталось не замеченным – её концерты в Венеции были тут же отменены.
|
| |
| Это имя знали даже те, кто всегда были далеки от мира моды. Вячеслав Зайцев – синоним того, что зовётся стилем. Русским, советским стилем, принятым в самом Париже, на родине явления, где к чужакам относятся с презрением и скукой. Максимум – снисходительно. Есть всего несколько иностранцев, удостоенных быть равными Диору, Кардену, Сен-Лорану. Провинциальный пацан, отнюдь не из творческой элиты, Зайцев переиграл многих, вовсе не играя. Делал своё там, где иные подражали. Остался на плаву до самой смерти, и его кончина вызвала вздох сожаления, а не вопросец: «Кто это такой?». Родом из народа. |
| |
| «Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана». Владимир Маяковский «Всю ночь просидели мы с друзьями при электрическом свете. Медные колпаки под лампами вроде куполов мечети своей сложностью и причудливостью напоминали нас самих, но под ними бились электрические сердца. Лень впереди нас родилась, но мы все сидели и сидели на богатых персидских коврах, мололи всякий вздор да марали бумагу», – так замысловато начинается Манифест футуризма, если читать его полностью, а не ту куцую выжимку, что даётся в учебниках по культурологии. Найдя фотографию тех, кто сочинил эти лозунги, можно слегка разочароваться – вместо «юношей бледных со взором горящим» предстают холёные буржуа. |
| |
| «При жизни переходит в память Его признавшая молва». Борис Пастернак «Художник» В одной из книг Юрия Полякова был занятный персонаж, которому главгерой дал выразительную кличку – Торгонавт. Маститый работник торговли в позднем СССР жил не хуже космонавтов! Однако речь не об этом – толстяк в кожаной куртке и «украшенный шейным платком» произнёс интереснейшую фразу: «Я ведь ни о чем не жалею, хотя мои акварельки хвалил сам Фальк… Он дружил с папой…». Роберт Фальк считался гуру и светочем для подраставшей интеллигенции времён Оттепели, к которой, судя по всему, и относился вышеназванный Торгонавт. |
| |
|
|
